Левитан - Художник

Поиск
Перейти к контенту

Главное меню:

Левитан

 
 
 
 
 
 

Ро­дил­ся Иса­ак Иль­ич Ле­ви­тан в ав­гус­те 1860 го­да в не­боль­шом ли­тов­ском го­род­ке Ки­барты. Поч­ти нет све­де­ний о дет­стве ху­дож­ни­ка. Отец Ле­ви­та­на был мел­ким слу­жа­щим. По­се­лив­шись с семь­ей в Мос­кве, он стре­мил­ся дать сы­новь­ям хо­ро­шее об­ра­зо­ва­ние. Ве­ро­ят­но, в вы­бо­ре жиз­нен­но­го пу­ти Иса­ака Ле­ви­та­на ре­ша­ющую роль сы­грал его стар­ший брат — ху­дож­ник. Он час­то брал маль­чи­ка с со­бой на этюды, на ху­до­жес­твенные вы­став­ки. Ког­да Иса­аку ис­пол­ни­лось 13 лет, он был при­нят в чис­ло уче­ни­ков Учи­ли­ща жи­во­пи­си, ва­яния и зод­чес­тва.
Годы обу­че­ния в Учи­ли­ще ста­ли для Иса­ака вре­ме­нем тя­желых испы­та­ний, так как его ро­ди­те­ли к то­му вре­ме­ни умер­ли, а по­мо­щи ждать бы­ло не от ко­го. Но уже в сте­нах Учи­ли­ща он не толь­ко об­на­ру­жил ог­ромные спо­соб­нос­ти, но и су­мел ска­зать но­вое сло­во в рус­ском пе­йза­же. Учи­те­ля­ми Ле­ви­та­на бы­ли Алек­сей Сав­ра­сов и Ва­си­лий По­ле­нов . Бу­ду­чи прек­расным ху­дож­ни­ком, Сав­ра­сов об­ла­дал и за­ме­ча­тель­ны­ми ка­чес­тва­ми пе­да­го­га. Не слу­ча­йно, на­ря­ду с Ле­ви­та­ном, имен­но в его мас­тер­ской и под его вли­яни­ем сфор­ми­ро­ва­лась це­лая пле­яда за­ме­ча­тельных ху­дож­ни­ков-пе­йза­жис­тов: К. А. и С. А. Ко­ро­вины , М. В. Нес­те­ров , С. И. Све­тос­лав­ский, А. С. Сте­па­нов и дру­гие за­ме­ча­тель­ные ху­дож­ни­ки. “Ле­ви­та­ну да­ва­лось все лег­ко, — вспо­ми­нал его то­ва­рищ, из­вес­тный рус­ский жи­во­пи­сец Ми­ха­ил Нес­те­ров, — тем не ме­нее, ра­бо­тал он упор­но, с боль­шой вы­дер­жкой”. С 18-ти лет на­чал вы­став­лять свои кар­тины, вско­ре об­ра­тив­шие на се­бя все­об­щее вни­ма­ние.
Жил пре­иму­щес­твен­но в Мос­кве. Ра­бо­тал так­же в Ос­тан­ки­но (1880 — 1883), в раз­личных мес­тах Мос­ков­ской и Твер­ской гу­бер­ний, в Кры­му (1886, 1899), на Вол­ге (1887 — 1890). Был чле­ном “Това­ри­щес­тва пе­ред­виж­ни­ков”. Ему уда­лось пре­одо­леть сце­ни­чес­кие ус­лов­нос­ти клас­си­ко-ро­ман­ти­чес­ко­го пе­йза­жа, от­час­ти сох­ра­няв­ши­еся у пе­ред­виж­ни­ков. Не­обы­кно­вен­но вос­при­им­чивый к впе­чат­ле­ни­ям при­роды, он в сво­их кар­ти­нах и ак­ва­рельных ри­сун­ках, пе­ре­да­вал по­эти­чес­кое нас­тро­ение, воз­буж­да­емое ви­дом ее раз­но­об­разных яв­ле­ний, не пус­ка­ясь при этом в от­дел­ку под­роб­нос­тей, он вер­но и сме­ло схваты­вал в ней то, от че­го воз­ни­ка­ет та­кое нас­тро­ение.
Березовая роща
Березовая роща
1889
Вечер
Вечер
1889
Вечерний звон
Вечерний звон
1892
 
Март
Март
1895
 
Его “пе­йза­жи нас­тро­ения” об­ре­ли осо­бую пси­хо­ло­ги­чес­кую насы­щен­ность, вы­ра­жая жизнь че­ло­ве­чес­кой ду­ши, что вгляды­ва­ет­ся в при­ро­ду как сре­до­то­чие та­йн бы­тия (не­да­ром его лю­бимым фи­ло­со­фом был А. Шо­пен­гауэр). Чут­ко вос­при­няв но­ва­ции им­прес­си­ониз­ма, он, тем не ме­нее, ни­ког­да не от­да­вал­ся чис­той, ра­дос­тной иг­ре све­та и цве­та, пребы­вая в кру­гу сво­их об­ра­зов, ове­янных “ми­ро­вой тос­кой”. Уже ран­ние ра­боты ху­дож­ни­ка уди­ви­тель­но ли­ричны (“Осен­ний день. Со­коль­ни­ки”, 1879). Зрелый пе­ри­од Ле­ви­та­на как мас­те­ра пе­йза­жа-кар­тины, уме­юще­го прев­ра­тить прос­той мо­тив в ти­пи­чес­кий об­раз Рос­сии, от­кры­ва­ет­ся Бе­ре­зо­вой ро­щей (1885 — 1889).
Уже в те годы сол­нечные по­лот­на иног­да ус­ту­па­ют мес­то пе­йза­жам, про­ник­нутым тра­ги­чес­ким ощу­ще­ни­ем оди­но­чес­тва, тос­ки. Ле­ви­тан был тя­же­ло бо­лен и его не по­ки­да­ла мысль о близ­кой смер­ти. Вра­чи нап­рав­ля­ют Ле­ви­та­на в Ита­лию. “Чув­ствую се­бя нем­но­го луч­ше, хо­тя все-та­ки не­важ­но. В Ита­лию не еду, а че­рез не­де­лю-две еду в Па­риж пос­мот­реть вы­став­ки, — пи­шет он ху­дож­ни­ку А. М. Вас­не­цо­ву , — во­об­ра­жаю, ка­кая пре­лесть те­перь у нас на Ру­си, — ре­ки раз­ли­лись, ожи­ва­ет все... Нет луч­ше страны, чем Рос­сия! Толь­ко в Рос­сии мо­жет быть нас­то­ящий пе­йза­жист”.
 
По­эти­кой тон­ко­го об­раз­но­го обоб­ще­ния оду­хот­во­рены про­из­ве­де­ния “вол­жско­го пе­ри­ода”, ког­да ху­дож­ник вмес­те с то­ва­ри­ща­ми пу­те­шес­тву­ет по Вол­ге, (“Ве­чер на Вол­ге”, 1888; “Ве­чер. Зо­ло­той Плес”, 1889; “Пос­ле дож­дя. Плес”, 1889; а так­же те­ма­ти­чес­ки примы­ка­ющая к ним кар­ти­на “Све­жий ве­тер. Вол­га”, 1891 — 1895). Осо­бен­но силь­ное впе­чат­ле­ние про­из­ве­ли на не­го ста­ро­вер­чес­кие скиты над ре­кой и древ­ний го­род Сви­яжск. Да­ле­кий уго­лок рус­ской зем­ли, су­ро­вая се­вер­ная при­ро­да под­ска­за­ли ху­дож­ни­ку те­му его зна­ме­ни­той кар­тины “Над вечным по­ко­ем”. На­чи­ная ра­бо­ту над ее ком­по­зи­цией, Ле­ви­тан об­ра­ща­ет­ся к этю­дам заб­ро­шен­но­го по­гос­та. Ему уда­лось сох­ра­нить ре­аль­ный лан­дшафт и при­дать ему ве­ли­чес­твен­ность и глу­би­ну, пос­ти­га­емые как от­кро­ве­ние. Глу­бо­кие за­вол­жские да­ли ис­че­за­ют в ли­ловых по­ло­сах ве­чер­не­го не­ба.
 
Сталь­ная по­вер­хность ре­ки прос­мат­ри­ва­ет­ся с вы­соты птичь­его по­ле­та. Как кры­ло, над во­дой рас­плас­тал­ся уз­кий мыс, на нем старый сель­ский храм и по­гост, ве­тер треп­лет вер­шины осин и ка­жет­ся его порывы нак­ре­ни­ли кры­шки по­ко­сив­ших­ся крес­тов, ка­кие ста­ви­ли ста­ро­веры. Ле­ви­тан изоб­ра­зил в пе­йза­же дви­же­ние и по­кой, гул и ти­ши­ну — нак­ре­нив­ши­еся вер­шины де­ревь­ев и ма­лень­кое яр­кое окош­ко цер­кви, ли­ловый го­ри­зонт и се­рую во­ду. И над веч­но су­щес­тву­ющим по­ко­ем ми­ра, соз­дан­но­го Твор­цом, под вет­ром вре­ме­ни ис­че­за­ют самые зна­ки че­ло­ве­чес­ко­го при­сут­ствия. Де­йс­тви­тель­но, не толь­ко сти­хия вет­ра про­хо­дят над Вечным по­ко­ем, но и жизнь че­ло­ве­ка про­хо­дит над по­ко­ем уже соз­дан­но­го бы­тия. Ху­дож­ни­ку уда­ет­ся пе­ре­дать ощу­ще­ние прос­то­ра, воз­душ­ной лег­кос­ти, ра­дос­ти со­зер­ца­ния при­роды од­ни­ми крас­ка­ми пе­йза­жа. “Я весь в этой кар­ти­не”, — эти сло­ва Ле­ви­та­на о пос­лед­нем про­из­ве­де­нии мо­гут быть от­не­сены ко всем его луч­шим ве­щам. Этот “пси­хо­ана­лиз” обы­чно пе­ча­лен, как в по­лот­не “У ому­та” (1892) ли­бо в зна­ме­ни­той “Вла­ди­мир­ке” (1892), где на до­ро­ге, по ко­то­рой кон­во­иро­ва­ли арес­тан­тов в Си­бирь, вид­на (в ха­рак­тер­ной для мас­те­ра ма­не­ре сво­дить ре­аль­ное че­ло­ве­чес­кое при­сут­ствие к ми­ни­му­му ли­бо во­об­ще к ну­лю) лишь кро­шеч­ная фи­гур­ка стран­ни­ка близ при­до­рож­ной икон­ки.
 
 
comments powered by Disqus
 
 
 
Назад к содержимому | Назад к главному меню
^ Вверх